Эндор

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Эндор » Архив отыгрышей Тёмного Блока » A long way home. 5 год Солнца, начало зимы


A long way home. 5 год Солнца, начало зимы

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Годы: 5 год Эпохи Солнца. Начало зимы.
События: Меры по спасению жизни Владыки и прочие события, произошедшие в Твердыне в это время и немного после.
Действующие лица: Анкалагон, Майтимо, Мелькор, Морнеровал, Куалмэ
Предшествующие события: Возвращение нолдор их короля и неудавшаяся попытка переговоров с Первым Домом.
Предшествующая тема: Королевство кривых зеркал. 5 год Солнца, начало зимы
Соответствие канону: Не соответствует
Соответствие игровому моменту: Соответствует

Теги: ТБ,5 год Солнца,зима,начало зимы,Тангородрим,Ангбанд,Темный Блок

0

2

Осанвэ вожака было выполнено быстро и без вопросов. Единственная задержка - найти кого-нибудь из майар, кого хоть как-то можно отнести к способным лечить. Таковая обнаружилась им не сразу, но обнаружилась, хвала предусмотрительности дракона, успевшего немного изучить некоторых из обитателей Ангбанда.
Небо было пасмурным, низкие тучи мешали видеть землю внизу, но ему этого и не требовалось. Морнеровал внимательно всматривался в горизонт впереди, выискивая там взглядом знакомую и пожалуй единственную в своём роде фигуру старшего дракона. Он не сомневался, что коли уж вожак потребовал его прилёта вместе с целителем, нужно спешить, а потому полёт будет всяко предпочтительнее езды на лошадях, которые, по мнению Морно, были ужасно медлительны и мало пригодны для тех перемещений, когда нужна действительно большая скорость.
Он увидел брата немного раньше, чем тот мог бы увидеть его. Всё-таки разница в размерах сказывалась. Вожак был намного крупнее. Ещё немного... И вот он уже почти рядом, уже ощущает и запахи, и токи воздуха от сильных и быстрых взмахов крыльев Анкалагона. Короткий взгляд на находящихся на спине брата. И глухой, но ооочень выразительный рык, в котором явственно читается вся гамма отрицательных чувств по отношению к тем, кто посмел причинить боль отцу. А впечатляющий оскал ещё и добавил красок и тонкостей, которых нельзя было передать рычанием. Лёгкое соприкосновение кончиков крыльев - приветствие своего рода. И он занимает привычное для себя место позади вожака. Задача выполнена. Большего он пока не может сделать. Нет, он бы с удовольствием продолжил свой полёт на юг и разнёс там обиталище эльфов в пыль, щедро политой кровью пришельцев из-за Моря. Но приказа не было. Да и Сотворивший наверняка не одобрил бы, узнав о таком.
За гневом дракон упорно не обращал внимание на желание узнать, что там, в лагере эльфов, произошло. Это подождёт, это сейчас не важно и не нужно. Сейчаас иное важно. Ему казалось, что вроде бы не так далеко он успел улететь от Твердыни, но оказывается нет, далеко. Или это время так шутит и тянется бесконечно, растягивая путь до бесконечности?

0

3

Её выдернули из привычной колеи, как ей показалось, очень грубой. Морнеровал обнаружил одну из майар, понимающих в исцелении, посредь пустого коридора, ведущего прямиком в лаборатории Ангбанда. Тихое недовольное шипение быстро сменилось просто хмурым взглядом, когда дух Арды поняла, в связи с чем её решили побеспокоить. С вполне разборчивым ворчанием "сейчас возьму сумку с необходимым и вернусь" Птица таки дошла до своей обычной обители. Там леди проводила больше времени, чем где-либо ещё. Через пару минут они уже спешили на выход, практически на ходу метаморфируя руки и ноги в конечности, присущие пернатым. Куалмэ не стала ждать, пока ящер начнёт сменять облик, - пусть догоняет. Однако и далеко не улетела. Их вызвали обоих, значит вдвоём и должны прибыть. Сумка была несома в когтях - бережно и аккуратно. Зоркий птичий глаз издали распознал в крупной точке на горизонте громадную тушу второй ящерицы-переростка. Что-то недовольно проклёкотав и постаравшись подстроиться под скорость Анкалагона, майэ зависла над эльфом и Валой. "Дело дрянь." Лапа когтистая чуть разжалась, позволив сумке повиснуть на одном ремне - эльфу придётся взять её, потому что иначе приземляться и возвращать себя в антропоморфный облик будет... мягко говоря, проблематично. После этого, уже укутанная в чёрные одеяния дева, уцепившись за спинной драконий шип, оказалась рядом с раненным. Тёмный был без сознания, но Куалмэ словно бы невооружённым глазом видела, как в этом теле всё ещё струится жизнь. Её биение чувствовалось под мраморно-белой кожей. Лезвие пропороло мундир на груди - ровным рассечением. Рана была глубокая, но при первом осмотре дева сделала вывод, что повреждены только мягкие ткани, а внутренние органы не задеты. Это было хорошо. Ещё бы ни одна кость не пострадала, а то при промывании  вынимать осколки... Но соскользнувшее лезвие промазало. Целься нападающий чуть выше, и все беспокойства насчёт разрубленных костей и повреждённых органов показались бы мелочью - потому что у Первого просто бы хлестала из рассечённого горла кровь, и Морно с Куалмэ вряд ли бы застали последние минуты его бытия. Если бы драконы думали в том же ключе, что и Птица, то мелкий ящер, наверное, ещё больше разистерился бы. Не вслух. Само Звучание - дребезжащее и нервное - раздражало неимоверно.
Куалмэ молча потянулась к сумке и быстро нашла флакон с надписью "Экстракт вербены". Обычная вербена имела бы самые тривиальные кровоостанавливающие свойства, но под действием чар майэ, применённых при создании экстракта, кровь должна была перестать течь намного быстрее. Много не требовалось - по паре капель равномерно по всей длине раны. Потом придётся, помимо грязи, очищать рану ещё и от сгустков крови. Но это потом. Как только кровоток стал меньше и скоро должен был совсем уняться, стоило заняться поверхностной чисткой и перевязкой. Несколько лоскутков чистой ткани она сложила в продолговатый компресс, смоченный антисептическим, - не хотелось бы, чтоб началось воспаление. У неё с собой были ещё чистые бинты. Вязать пришлось поверх. По понятным причинам. Всё это время майэ ни слова, ни взгляда в сторону не обронила. В работе Пернатая забывала про любую мизансцену, будь то пейзаж или иные живые и мыслящие существа.

Отредактировано Куалмэ (16-01-2017 18:33:23)

+1

4

Чешуйчатая туша, прорезая собой пространство, могла бы спи... то есть хвостом почуять, как несутся ему вслед ругательства чрезвычайно смелых в отсутствие угрозы лордов Первого Дома. Анкалагон лишь хмурил тяжёлые надбровные дуги. Он летел настолько быстро и прямо, насколько это вообще было реально для драконовой туши. Из-за сильного ветра пассажиры должны были испытывать определённый дискомфорт, но у змея ничего не было для их обогрева. Тонкой нитью - сознанием к сознанию - Чёрный отчаянно и жадно цеплялся за Отца. Тот был в глухой отключке, и потому ни единое послание, будь оно просто фоновой волной эмоций или конкретными словами, не достигло адресата. Дракон Музыкой своей словно прилип к Владыке своему и Родителю - точно через шкуру свою и позвоночник просочился, Нотными рядами - нервными окончаниями - будто стараясь заставить Отца снова Звучать во всю силу, будто одной своей волей и Музыкой вцепившись в родное тёплое фэа - не пустить, во что бы то ни стало не дать покинуть чертоги хрупкого фана, иначе... Громадные веки с тихим щелчком сомкнулись и не открывались с секунду дольше, чем могли бы, - задержкой-паузой. Ящер ни разу не обернулся на спину, лишь шумно втягивал воздух и выглядывал мелкого собрата. Тот шустро пригнал к ним некую... самку майарскую. Комок перьев скользнул мимо громадной рогатой головы, и зверь принялся напряжённо вслушиваться - в ощущения. Начавшаяся возня говорила о том, что работа пошла. Уголком рта неразборчиво рыкнув, - то ли одобрительно, то ли просто мыслям своим - Гоша послал осанвэ брату: "Оперативно сработал. Хвалю. Кому ещё сказал, что мы возвращаемся?"
Север был всё ближе. И первым их приветствовал величественный трёхглавый Тангородрим.
"Ещё немного. Ещё совсем чуть-чуть. Дома будет спасение." Змей рвался к знакомым чёрным воротам так, будто за этой чертой уже не придётся бояться за жизнь Отца, будто сам воздух Севера мог мгновенно излечить его. Ах, если бы!..

Отредактировано Анкалагон (16-01-2017 23:04:49)

+1

5

Ни проклятий в спину, ни обещаний отомстить дракону эльф уже не слышал, все его силы уходили на то, чтобы расположиться на анкалагоновой спине вдвоём и не упасть после, когда грузная туша ящера оторвётся от земли и воспарит над облаками, чтобы унести всех их обратно домой, в Ангбанд.
Полёт для нолдо оказался весьма... неудобным, и если бы не чрезвычайная ситуация и спешка, то он бы, пожалуй, предпочёл возвращаться на своих двоих. Придерживая одной рукой Мелькора — обняв за плечо, крепко, так что под конец уже рука немела — второй он уцепился в спинной шип дракона, опорой и... хоть каким-то гарантом того, что они не слетят. Спиной же пришлось упереться в следующий шип, чтобы устроить раненного практически на себе, не позволяя не самым мягким и — с виду уж точно — небезопасным наростам спиваться в и без того изувеченое нолдорской сталью тело. Так что, когда над ними зависла птица с любезно предложенной сумкой, пришлось проявлять эльфийской мастерство скорости и реакции, но в итоге... в итоге всё обошлось. Майтимо даже смог развернуться, дабы не мешать целителю, при этом не сорвавшись сам и не выпустив Валу.
Не смотря на ветер, бьющий в лицо, холод, неудобства и опасность манёвров с лечением прямо в полёте, всё проходило более или менее сносно. По крайней мере они все вернутся назад, а уж что все и что обязательно вернутся, тут Нельо не сомневался — ни то в силу своего оптимизма, ни то чувствуя сердцем, что жизнь не покинет Валу, та её форма, что позволяет поддерживать фана стихиям.
К концу полёта Нельо держался уже, кажется, на одном лишь упрямстве, всю дорогу пытаясь делиться собою с тем, кому, как думалось нолдо, силы гораздо нужнее, чем ему...

+1

6

Наблюдения показали, что они успели как раз вовремя, и что он всё-таки в спешке не ошибся и выбрал разбирающуюся в лекарстве майэ. Хорошо. Вот и вожак похвалил. Но следующие его слова заставили несколько поумерить чувство облегчения и радости от того, что задание хорошо выполнено.
"Больше никому не успел. Её нашёл, и мы вылетели."
А сказать-то надо было бы наверное. Чтобы хоть кто-то ещё был уже готов к возвращению и к тому, что эльфы сотворили с отцом.  Вот эта оплошность заставила дракона пристыжённо опустить морду, правда образно выражаясь пока что, поскольку в данной ситуации проделывать это было не слишком умно да и небезопасно.
- Могу полететь вперёд и предупредить? - Предложил Морно пришедший в голову вариант. Конечно впереди уже были видны северные скалы и возвышающийся над ними величественный Тангородрим, но пока Гоша ещё долетит, пока приземлится со своей-то ценной ношей... Можно успеть и долететь, и предупредить, и даже навстречу отправить.
Дождавшись разрешения, Морно сделал небольшой крен на правое круло для обгона вожака и быстро набрал ещё большую скорость, чем до того, вырвавшись вперёд и направившись к тому месту, куда они со старшим обычно приземлялись и откуда взлетали.
На приведение себя в должный вид не было времени, так что взору наставника, которого собственно Морно и помчался искать в первую очередь, предстал встрёпанный, злой и встревоженный дракон с горящими багровым огнём глазами, зрачок в которых постоянно становился то шире, то уже, босой и в одних штанах. Обычно младший ящер в таком виде по крепости конечно не бегал, но сегодня был исключительный случай, когда собственный внешний вид абсолютно не важен, но зато явно так говорит, что случилось что-то крайне серьёзное.
Чудом успев затормозить, чтобы силой инерции попросту не снести балрога, Морно выпалил, даже не особо следя за чёткостью речи.
- Они возвращаются. Владыку ранили. Первую помощь уже оказывают, но этого там недостаточно будет.
И почти тут же вознамерился нестись обратно, встречать. Вожак должен уже подлетать, а может уже и приземляться. Нужно спешить.

0

7

В то время, пока младший дракон бежал на поиски наставника, сам майа находился почти на подходе к заднему внутреннему двору Ангбанда: с недавнего времени именно он временно исполнял обязанности коменданта крепости, что обязывало его, помимо всех прочих дел, которые он выполнял, также инвентаризировать хлева и амбары на наличие содержимого и на его количество. Погруженный в свои мысли, держа в пальцах карандаш и маленький собственноручно смастеренный блокнот, балрог направлялся на задворки Твердыни, желая, тем не менее, сначала зайти в казарму в поисках Дэрга - тот давно обещался рассказать другу о результатах недавнего «естественного отбора», как называл это сам орководец, и Готен-Бау не прочь был бы результаты эти получить - статистика всегда была объективна, а веселый разговор с давним другом - еще и полезным для настроения.
Впрочем, что-то явно пошло не так и «полезным для настроения» для валарауко стал подбежавший к нему в поистине дивном виде младший дракон, но вишенкой на торте стал не его полуголый вид - дух Арды привык к таким зрелищам и трепета они в нем не вызывали, а то, что Морно произнес:
- Они возвращаются. Владыку ранили. Первую помощь уже оказывают, но этого там недостаточно будет.
В первый момент, Главком просто молча смотрел на дракона, словно тот сказал какую-то глупость то ли о погоде, то ли о чем-то таком же важном, в системе ценностей балрога. Во второй момент Готмог начал понемногу осознавать сказанное, но осознавать не значит поверить, а поэтому он не нашел ничего лучше, чем переспросить:
— В смысле ранили? – это был первый из идиотских вопросов, которые Готмог задал, пытаясь понять, что вообще происходит.  — Кто ранил? — вот сорвался и второй, при этом майа смотрел на младшего урулоки, словно тот сошел с ума и теперь придется строить не только очередную казарму, как несколькими годами ранее пришлось отстраивать одну, после внезапной потасовки среди орочьего высокоинтеллектуального сообщества, но ко всему прочему пристраивать к лазарету отдельное крыло - для душевнобольных.
Осознание приходит разом и все – так накрывает, незаметивших ее, лавина. Главком на несколько секунд позволяет своим эмоциям отразиться на лице: глаза расширяются, губы кривятся, а брови почти смыкаются на переносице и лишь морщина, которая залегает вдруг между ними, не дает бровям слиться. Лицо его искажает такая гримаса ужаса, что впору упасть и плакать, лишь бы страх этот отпустил, а не сдавливал так горло - ошейником настолько тугим, что обмотай он шею своим же бичом, тот покажется бархаткой на фоне этой стальной хватки.
Спасает чувство ответственности и умение держать себя в кулаке. Именно это помогает Готен-Бау затолкать страх глубоко в глотку, пожрать его, хотя бы на время, мыслями о том, что нужно делать - что-то делать.
«Я не знаю пока, кто из Первого Дома посмел это сделать, но у меня с Нэльо будет очень серьезный разговор. Потом. А пока…»
А пока валарауко более вопросов не задает, он начинает действовать. Перво-наперво он осанвирует Дэргу о случившемся, в параллель высматривая хоть кого-то из орков или урук-хаев и узрев, бросается к нему, хватая за предплечье так сильно и резко, что впору руку эту из плеча вырвать:
— Немедленно тащите самые лучшие носилки на задний двор! — Готен-Бау на ходу соображает и сопоставляет, и раз Морно пред ним в таком виде, раз он знает ситуацию, значит «возвращаться они» могут только верхом на Анкалагоне, который, как помнит майа, был отправлен вместе с Валой и Майтимо в эту поездку.  — Дежурного по лазарету - туда же! Пусть возьмет с собой все, что необходимо для оказания первой помощи! - урулоки Готен-Бау уже не видит, лишь лихорадочно пытается понять, что еще может понадобиться и, не зная состояния Валы и характера его ранения, паника, которую он совсем недавно словно сапогом утолкал в себя, вновь рвется наружу.
Про то, кто пострадал и кому нужна помощь балрог не спешит говорить орку - только не хватало всеобщей паники сейчас, когда еще ничего не ясно; вполне достаточно того, что лично он и стоящий где-то рядом дракон резонируют ею.
Прежде чем отпустить руку солдата, Готмог произносит самое важное слово - именно оно может решить многое:
— Быстрее.
И это не крик, но аккорд такой силы, что даже орк почувствует весомость и серьезность этого слова, нет, Слова, именно так - сейчас. Ибо время - самый ценный ресурс и его всегда, всегда катастрофически не хватает. Только после этого он отпускает предплечье, на котором четким отпечатком виднеется ладонь и пальцы. Потом это превратится в синяк, а орк будет рассказывать сослуживцам о том, что именно он своей расторопностью сумел спасти Вале жизнь. А если нет, то Главком самолично разорвет его в клочья и никого уже не будет волновать этот синяк - «если нет», то ничто уже никого волновать не будет. В первую очередь валарауко. Он понимал, что это иррациональное, что это ужас и оцепенение подсказывают такие мысли и решения, но сил хватало только на то, чтобы держать себя внешне в норме, а на внутреннее ресурсов явно не было.
Главком не слышит, как орк произносит «Есть!» и срывается бегом с места в сторону лазарета, не видит, где стоит Морно - мир словно попеременно теряет четкость и вновь ее обретает, а звуки доносятся с опозданием.
Чтобы успокоить взбесившееся в раз зрение, балрог прикрывает глаза, но тут же открывает их, слыша разбавленную шумом полета огромной туши, музыку старшего дракона. Взгляд обращается к небу: ожиданием, надеждой, верой.
Он не слышит в музыке знакомой Темы, Темы, которая сшивает все и всех вокруг себя невидимыми нитями - остовом.
Главком слышит пульсации нот Нельяфинвэ, хрустальное дрожание звука, исходящее от Куалмэ, ловит своим созвучием созвучие Анкалагона… Всё, кроме Его Темы и это заставляет Бау вновь в ужасе распахнуть глаза и ладонь приложить ко рту - безотчетным движением, будто страшась не только звучанием своим закричать, но и в пространство излиться.
Перед глазами внезапно замелькали картинки: все эти годы, плечом к плечу все они и Он, и их Идея и то, как ждали Его из плена, как дождались, как Музыка Его снова разлилась по Северу, и не было с момента возвращения дня или ночи, чтоб не струилась она сквозь все и всех - вот только сейчас оборвалась, но Готмог верил, что это еще не конец - окончательную точку можно ставить только тогда, когда все переменные на своих местах, а их явно недоставало. Пока же глубоко вдохнуть прохладный воздух, выдохнуть и почти бегом броситься в сторону заднего двора, махнув рукой Морно и призывая его следовать за ним, краем сознания надеясь, что тот правильно истолкует этот жест - старший дракон мог без ущерба приземлиться только там, а значит именно там стоит их встречать.

+1

8

На осанвэ не пришло ничего вразумительного, и вожак с неудовольствием отметил отсутствие проблеска мысли в голове мелкого. Хотя Готен-Бау в своё воемя говорил ящеру, что подчинённым следует отдавать такие приказы, чтоб доходило даже до самого скудоумного - чёткие, ёмкие, разжёванные, чтоб оставалось только проглотить, не утруждая себя работой челюстей. Видимо, с Морно тоже придётся обращаться навроде того. Печально. Их, кажется, создавали одинаково разумными. Но вложить в голову разум не равно научить пользоваться им.
"Поговорю с ним об этом позже."
То ли желая исправить оплошность, то ли никак не сдюжив с шилом под хвостом, покуда приходилось плестись позади старшего, Морнеровал испросил разрешение на обгон и прилёт в крепость раньше Анкалагона с Валой и остальными, дабы оповестить всех, кого требуется. В любой другой ситуации Гоша бы осадил порой чересчур беспокойного и шустрого мелкого, но сейчас предупреждение хоть кого-нибудь в Твердыне было необходимо. Он и Нэльяфинвэ, конечно, максимально аккуратно транспортируют Владыку в покои, где прихваченная Чернокрылым майарская самка и другие лекари будут лечить Первого, но дерьмово будет, если высокопоставленные личности Ангбанда узнают о происшествии поздно, да ещё и через каких-нибудь десятых-пятидесятых лиц. Потому Анкалагон дал добро и проводил кормовую часть мелкого долгим, несколько раздражённым взглядом.
Змей всё ещё слышал возню у себя на спине, хотя шум теперь был не безостановочный. Прерывистый. Словно основная работа была уже проделана и оставалось лишь наносить мелкие штрихи. Пока и этого довольно.
Огромная туша наконец-то достигла врат, пролетая над ними и приветствуя Тангородрим искрящимся взглядом багровых глаз. Посадка происходила на заднем дворе - единственном месте, где громоздкий Змей мог поместиться без ущерба для строений. При посадки немного потрясло, но в целом было терпимо. И хвост-трап был обущен для спуска немедленно. А Анкалагон уже смотрит перед собой, ища взглядом красный всполох - ореол вкруг рогатой головы.  А найдя - смотрит прямо, очень остро, не тая рвущегося наружу пламени. Надежды.
"Он жив," - короткое осанвэ наставнику. Хотел было добавить слово "ещё", но сам себя осадил. Никаких "ещё". ОН ЖИВ!
Змей знал об этом. Чувствовал.

+1

9

Первый же вопрос наставника заставил Морно резко замереть на месте и с пару мгновений в ответ только удивлённо похлопать ресницами. Неужели он что-то не так сказал? Или что-то уж очень непонятное? Второй вопрос тоже не был образцом осмысленности. Но вот затем... Балрогу не удалось удержать эмоции в себе, и дракон понял, что он наконец-то всё понял сам, без уточнений с его стороны. И напугался. Морно первый раз с того момента, как они с Гошей впервые увидели своего наставника, видел, чтобы тот чего-то испугался. Вернее - за кого-то. Но младший дракон, наверно единственный, кто увидел лицо балрога в эти мгновения, никому никогда об этом не скажет. Он понимал. И сам испытывал похожие чувства. И сам понимал, каково это - бояться за жизнь того, кто дорог. И вместо всех объяснений, всех слов просто передал по осанвэ картинку того, что увидел, подлетев к вожаку, а сразу за ней - то, что видел последним, уносясь вновь в крепость.
Всё время, когда наставник отдавал приказ какому-то оказавшемуся поблизости орку, Морно стоял рядом, ожидая, вдруг и ему будет отдан какой-либо приказ на дальнейшие действия, может нужно ещё кого-то предупредить, позвать, привести. Но балрог, похоже, какое-то время его вовсе не замечал, уйдя в свои мысли и переживания. А после побежал на задний двор, куда уже опускался Анкалагон.
Повинуясь жесту, Морно последовал за наставником. На место они прибежали, когда вожак уже стоял на земле, опустив хвост так, чтобы пассажиры могли с него спуститься. Младший дракон замер, вслушиваясь и внюхиваясь, и вглядываясь. Он всё ещё боролся и с тревогой, и с переживаниями, и со злостью, и даже с пониманием того, что всё-таки умудрился вызвать неудовольствие вожака в такой важный момент. Замер рядом с наставником, ожидая одновременно и дальнейших приказов, и того момента, когда Анкалагон сменит ипостась, чтобы отдать ему предусмотрительно захваченную ещё в первое появление во дворе одежду, об этом-то он не забыл, понимая, что брату некогда будет тратить время на её поиски. А сам и забыл, что в одних только штанах. Не до того сейчас. Не важно.
Но теперь осталось совсем немного, всего несколько минут. А запаха свежей крови уже нет, значит жизнь больше не вытекает через рану. И всё ещё есть надежда и шанс, и эти несколько минут, достаточные для того чтобы помогли, удержали, излечили, вернули... "Спокойно. Ещё несколько минут. Они успели." Дракон почти уговаривал себя. Пытался успокоить, но не мог. Он тоже боялся. Боялся, что времени не хватит. Но пытался убедить себя, что это всего лишь ненужный глупый страх. И всё-таки, даже через этот самый страх, верил, что времени хватит. Быть бы сейчас тоже рядом. Просто рядом. Чтобы знать, видеть, чувствовать, понимать...

+1

10

Осанвэ от Главкома прилетело орководцу по голове, когда тот находился... да, собственно, там же, где и всегда - у казарм. Святая святых цвета орочьей нации, где ласковый командирский рык и тяжёлый кулак популярно объясняли, что такое воинская служба и как её нести, чтоб не приходилось потом нести тебя самого - в лазарет.
Но тренировки тренировками, а казармы тоже надлежало держать в чистоте и порядке, как и весь личный состав. Потому только что получившему увесистый подзатыльник орку, умудрившегося в ходе уборки вместе своим товарищем устроить потасовку, очень повезло. Сообщение балрога спасло его шруку - отделался пинком под зад и, взвизгнув, откатился, спешно подхватывая тряпку и ведро и уносясь затем, чтоб слить грязную воду и набрать новую.
Дэрг же незамедлительно двинулся в сторону внутреннего двора, на ходу заталкивая подальше взвившиеся в фэа волнение и страх. Немыслимо. Ранен. ОН ранен.
"Кого там отправили в качестве "группы поддержки"? Ах да. Лорда Предела и чешуйчатого юнца."
Орководец знал об этой поездке - ровно столько, сколько нужно было, чтоб прийти к мысли, что они все сошли с ума, если сошлись на приемлемости такой охраны. Эльф физически не мог бы взять всех врагов на себя, а в эльфятнике, который Вала решил посетить, их целая орава. Ну дракон... что-то из себя представляет разве что в звероформе - за счёт громадности туши, трудно протыкаемой, будучи закованной в толстую шкуру.
"Сейчас разберёмся," - отрывисто осанвировал обратно другу, - "Со всех причитающееся спросим и Владыке помощь сообразим."
Вырулив во двор, Дэрг чуть не был сбит опустившимся хвостом. Лишь скорость реакции позволила вовремя уклониться и едва ли не сплюнуть на землю прямо возле драконьего хвоста. Обойдя крылатого, Дэрг оказался близ балрога, молча встав рядом и напряжённо следя за тем, как тащат носилки и копошатся возле ящера, чтоб как можно аккуратнне транспортировать Валу с драконьей спины на землю и далее внутрь крепости - в комнату. Лекари вон тоже крутились неподалёку. А голова майа едва ли не лопалась от осознания того, что у них тут целый шмат стены разворотило к Унголиантовой бабушке, пленники сбежали, ещё теперь это... Как же он пожалел, что не умеет быть в нескольких местах сразу. Это немаловажное умение Эру в Айнур не впаял при напевке. И потому самым разумным было распределить силы. Кому-то надо было заняться ликвидацией ущерба, нанесённой одним небезысвестным Нан-Эльмотским засранцем, зажравшимся в конец, будучи всхоленным и взлелеянным, благосклонностью Валы одаренным.
"От моего стояния здесь не больше смысла и пользы, чем пытаться вычерпать море половником. Я пошёл разгребать завалы. Позже доложусь о диаметре дыры и прочем ущербе. Держи меня в курсе."
Коротко дружески хлопнув рогатого по плечу, орководец снова скрылся из виду. Лишь командирский рык ещё какое-то время давал примерное представление о том, где он находится.

+1

11

Прилетели.
Тряхануло неслабо — на спине сидящему эльфу показалось, что соприкосновение драконьих лап с твёрдой поверхностью отозвалось вибрацией по всему телу и перешло к пассажирам, до звона в голове и клацнувших зубов впридачу. Ещё хвост не опустился, а феаноринг уже порывается вниз, притормаживая только затем, чтобы меньше тревожить тело раненого, сходит на камень внутреннего двора, не видя окружение и не слыша его, опускает Мелькора на заранее приготовленные носился и только после, когда целители уже исчезли из вида, чувствует, насколько он устал и как сильно его трясёт.
Кто там рядом? Важно ли...
За проваленную поездку к стенам лагеря Первого Дома он готов ответить, знает что не справился и не собирается спорить или отнекиваться, ссылаясь на непредвиденные обстоятельства — помнит ещё, что из всех неожиданностей учесть требовалось одну. И её то он столь безрадостно проглядел, хотя ведь ожидал удара от братьев.
Стоит только выдохнуть и взять себя в руки, и обернуться, чтобы взглядом окинуть двор и собравшихся в нём. Идти следом за целителями он не спешил — мешать зазря? В лазарет Майтимо обещает себе зайти после, чуточку погодя, когда его присутствие в палатах врачевателей не покажется лишним.
Есть желание говорить — пошли внутрь, — подойдя к Готмогу, тихо говорит нолдо: устраивать "работу над ошибками" во дворе и прилюдно его не тянет, а тянет — сесть хоть на ступени в крепости, и там уж пускай произойдёт разговор.

+1

12

Женщина сделала всё, что могла. На данный момент. Оставалось лишь разве что подхлестнуть дракона, чтоб живее работал крыльями. Для майэ ветра скорость этих летучих ящериц была сравне если не черепашьей, то около того - точно.
К счастью, долетели без понуканий. Садился здоровяк настолько "легко и изящно", что Птица чуть кубарем с его спины не полетела - прямо по опущенному хвосту. Хорошо, что вовремя за спинной шип ухватилась, тихо ругаясь. Не забыв свою сумку, вечно гремящую содержимым, Куалмэ с удовольствием покинула чешуйчатую спину и зареклась кататься на этих ящерицах. Не для того она ест, чтоб потом содержимое желудка в таких поездках просилось обратно.
Валу уже аккуратно перенесли на приготовленные носилки и понесли. Женщина пошла рядом, сбоку от носилок, коротко кивнув Главнокомандующему, Дэргу и более не уделив никому внимания. Лекари собрались нести Владыку в лазарет, но Птица быстро пресекла это дело.
- В покои. Не след Вале лежать в лазарете наравне с орками, - холодный и звонкий голос майэ хлестал не хуже бича, а Тема её была практически каждому в Твердыне неприятна. И оттого мало кто стремился спорить с женщиной, чуявшей, словно хищник - кровь жертвы, чужую боль, которую могла поднять с самого дна фэа и обратить против его обладателя. Маршрут поменялся, и Первого понесли в комнаты, где мало кто бывал. Но, чуялось Пернатой, что сегодня ей придётся там побыть, не отходя от раненного, покуда тот не придёт в себя. Птица распорядилась принести воды, дабы повторно омыть рану. Всё равно эти бинты придётся снять, компресс сообразить новый. Да и обработать рану следовало тщательнее. И зашить. Помимо этого, с Валы надлежало смыть дорожную пыль. Всё это следовало сделать быстро и бережно, чтоб Владыка смог покойно лежать и отдыхать - после.

Отредактировано Куалмэ (24-01-2017 13:11:28)

+1

13

Получить осанвэ от Анкалагона конкретно с этими словами было для балрога, пожалуй, самым важным сейчас - остальное оставалось лишь фоном, пока дракон приземлялся и трапом выпрямлял свой длинный шипастый хвост, по которому, насколько возможно быстро, но при этом аккуратно, эльф транспортировал хрупкое тело Валы со спины ящера на устланные несколькими слоями меха носилки. Майэ спустилась следом, тут же начав хлопотать и отдавать распоряжения прибывшим вместе с дежурным по лазарету оркам.
Первые несколько мгновений Готен-Бау издалека вглядывался в алебастровое лицо и казалось, что Мелькор просто в обмороке или спит, и только почти полное отсутствие звучания Его Темы говорило, что ситуация намного сложнее и опаснее. Впрочем, изначальный ужас, когда он вообще не услышал ее, теперь сменился просто страхом - она настолько тихая, что может оборваться в любой момент. Может оборваться, но еще не оборвалась, и Север, так или иначе, сделает все, чтобы не допустить такого конца.
Дэрг ободряюще хлопнул Главкома по плечу и удалился, сказав, что помощи от него здесь немного и развороченная бешеным нандо стена Твердыни - более подходящая для него вотчина. Это было рационально и логично, а потому и сам майа Огня решил не бежать следом за носилками и Птицей в покои Валы. Смысла толпиться там действительно не было, а рваться внутрь комнаты было чревато в лучшем случае потоками ненависти, которые непременно полетят от Куалмэ в адрес варварски ворвавшегося навестителя. Так что и ему, последовав примеру орководца, стоило прийти к Нему потом, как бы ни хотелось сделать это прямо сейчас.
В последний момент, перед тем, как орки под взглядом майэ очень аккуратно подняли Валу и понесли внутрь Ангбанда, Готмог жестом подозвал дежурного к себе:
— Никто не должен знать, кто, в каком состоянии и при каких обстоятельствах оказался на этих носилках. Если начнут спрашивать, скажешь, что учебная тревога. — балрог смотрел на урукхая достаточно внимательно и серьезно, чтобы тот понял, насколько ситуация опасна и щекотлива. Урукхаи были намного смышленее орков, а потому всегда дослуживались до офицерских чинов.  — Но помни, если проколешься и начнется паника, успокаивать будешь всех лично. — последняя фраза прозвучала страшнее угрозы смерти, ибо и балрог и урук знали, что значит бесконтрольный орочий раздрай, а потому по выражению лица внимавшего Главком понял, что до того дошел смысл каждого сказанного им слова.
Лишь только после этого штриха майа вновь научился видеть не точечно, а полным зрением, включая периферийное. Именно им он узрел и Морно, подающего вожаку штаны, и вожака, нетерпеливо их надевающего, а так же бледного эльфа, которого шатало и трясло.
Признаться, до этого момента Готен-Бау, где-то на краю сознания, отведенного под подобное на данный момент, рвал и метал, желая устроить сыну Феанора, которому конкретно он - Главком - доверил самое ценное, что вообще можно вообразить для Севера, доверил и доверился, такую взбучку, которую они оба запомнили бы очень надолго. Но увидев состояние Нельяфинвэ и уловив ноты его, в которых звучало все, кроме желания оправдаться, балрог поумерил пыл и в очередной раз глубоко вдохнул в себя прохладный воздух любимого края.
— Есть желание говорить — пошли внутрь.
Нэльо оказывается рядом быстро, предлагая все же пойти следом за ушедшей Птицей и носилками, но явно не до самых дверей покоев Валы. В крепости маршрут изменится - на кабинет Главнокомандующего и уже там, за плотно закрытыми дверями, произойдет разговор эльфа и балрога на кочующие из века в век темы: кто виноват и что теперь, эрувые валар, делать.

+1

14

После того, как тяжеленная туша приземлилась на заднем дворе, клацая когтями по брусчатке, встречающие засуетились. Отца спешно, но аккуратно спустили вниз по его хвосту, и ящер незамедлительно начал преображаться. Чешуя слезала с него, словно перья с птицы во время линьки, и таяла на глазах. Через минуту во дворе уже стоял высокий мужчина с лихорадочно горящим взглядом. Анкалагон молча кивнул Морно, который позаботился о том, чтоб старший дракон не светил на весь Ангбанд своей наготой, и принёс его одежду. Натянув штаны и небрежным движением накинув на собственные плечи безрукавку, Чёрный поспешил следом за лекарями и майарской самкой. Та Звучала очень характерно, хотя и совершенно мерзко на вкус урулоки, потому проследовать по маршруту удаляющихся не составило никакого труда. Анкалагон поравнялся с носилками и с тревогой взглянул на Отца. Всё ещё без сознания, Звучащий так тихо и тонко, словно с каждой минутой истаивая сильнее. Рука сама собой сжалась в кулак, да так сильно, что ногти впились в ладони до крови. Музыка первого из урулоки как можно мягче коснулась глухого Звучания Валы - так трогают за плечо, желая обратить на себя внимание или вывести из оцепенения застывшего. Змей надеялся, что вот сейчас знакомые глаза распахнутся и посмотрят на него - немым упокоением. Но веки раненного были покойны, и ящер не стал более тревожить такую родную и горячо любимую им Музыку.
Дракон и раньше не любил Юг. Ему рассказывали о нём в основном плохое, но сегодня Змей убедился, что тот край - гнилой. И живут в нём прогнившие насквозь твари. А потому ящер для себя решил, что лапы его не будет на Юге после того, как он закончит с той белобрысой паскудой, ну или разве что с заданием ушлют. Анкалагон запомнил рожу того Феанорова выкормыша, и даже ныне изукрашенную его когтями, изувеченную - всё равно узнает. И доведёт начатое до конца. А сейчас ему нужно было убедиться, что для любимого Творца смертельный риск миновал. Пока такой информации не будет получено, он ни на шаг от Мелькора не отойдёт. Пусть потом подвергнуть его хоть дисциплинарному наказанию на внутреннем дворе - публично. Такие мелочи его в эти мгновения не волновали. Только Его Музыка. Только Его жизнь.

+1

15

Дракон шёл за вожаком, не отставая, но и не приближаясь слишком сильно, не жедая никому мешать. Не нарушал молчания даже в осанвэ. Хотя по-прежнему хотел знать подробности произошедшего. Но сейчас вместо подробностей он мог получить разве что как минимум резкий посыл отвалить. По виду старшего понятно, что на подробные, да и не слишком, рассказы он сейчас не способен и не расщедрится. Да и не до того им обоим сейчас.
Странное ощущение - слышать сейчас такую знакомую Музыку. Она подобна огоньку свечи в огромном, пустом и гулком зале. И кажется, что любой нечаянный сквознячок пронесётся мимо и задует, заглушит, унесёт с собой и развеет отдельными Нотами, которым никогда больше не будет суждено собраться воедино. Дрожит огонёк, клонится в разные стороны, то почти совсем затухает, то вспыхивает вновь. Упрямая свечка. Хорошо. Уже немного, совсем немного осталось. Чуть-чуть, и никакой сквозняк или даже сильный ветер этому огню станет не страшен.
Жаль только, помощи сейчас от них с братом мало будет, не майар ведь, да и лекарские приёмы им неведомы. Морно действительно сейчас жалел, что подобным навыкам нужно долго учиться, что они не проявляются по мере необходимости на уровне инстинктов. Сколько б пользы было. А так только смотреть со стороны, ориентируясь лишь на Звучание. Мало, как же этого мало сейчас.
И как хрупки и уязвимы эти двуногие тела. И как легко и умело эльфы могут сотворить такое... Сотворить и считать это правильным. Странные они существа со странной логикой и странными же привычками. И лучше уж просто так к ним не соваться, нервные какие-то. Никакое любопытство не стоит того, чтобы прибили сходу, не разобравшись, и сказали, что так надо. Ну разве чо за местным эльфом повнимательнее понаблюдать для начала.
Но мысли снова вернулись в прежнее русло, стоило только вновь посмотреть в сторону носилок. Нет, этот мир действительно устроен как-то неправильно. Ну или несправедливо к тем, кому он действительно дорог и важен, как минимум. И это как-то даже обидно. Хотелось бы ситуацию эту поправить, да вот только как бы.

0


Вы здесь » Эндор » Архив отыгрышей Тёмного Блока » A long way home. 5 год Солнца, начало зимы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC